Душа, не порабощенная страстями, вся свободна, вся боговидна, вся господственна, вся световидна, вся обрадованна, богособранна, богорастворенна, небесна. Не такова душа, порабощенная и возобладанная страстьми — тиранами... Приемля повеление от демона, она беспрекословно делает повеленное.
Трудно прививается доброе к естеству человеческому; напротив, злое очень удобоприемлемо для него.
Цель у демона борющего — неотступностью брани ввергнуть нас в уныние и расслабление, чтобы мы отказались от противостояния ему.
Мысленно исповедать Господу грехи свои на всякий день надо... и всякую молитву вообще делать покаянною.
Нас увлекает просвещенная Европа... Да, там впервые восстановлены изгнанные было из мира мерзости языческия; оттуда уже перешли оне и переходят и к нам. Вдохнув в себя этот адский угар, мы кружимся, как помешанные, сами себя не помня. Но припомним «двенадцатый год»: за чем это приходили к нам французы?…
Старец или брат, который говорил вам: утренних и вечерних молитв довольно. Разумеется это для келейного правила, с быванием на всех службах. — Конечно довольно. Только надобно, чтоб и церковные и домашние молитвы совершаемы были со вниманием и от сердца. Промежутки же все наполнять надо…
И молитве надо учиться, надо приобресть навык к молитвенным оборотам мыслей и движениям чувств, по чужим молитвам, как учатся иностранным языкам по печатным разговорам.
Себя пожаление идет заодно с самоугодием и вообще с самолюбием и есть корень всех послаблений, опущений, равнодушия и беспечности. Слыхали вы фразу: живущий в нас грех? — Вот он-то и есть саможаление, со свитою его. Если будете поблажать ему хоть иногда, то это всегда будет как параличом разбивать всякое…
Поста не чуждайтесь. Он — вещь прелюбезная. Только помалу… Обычно так, чтоб после еды все в душе оставалось по-прежнему, то есть и та же теплота сердца, и та же светлость мысли. Это мерка.
Мера наша вот какая: когда чувствуем, что кругом нечисты и что спасение нам только от великой милости Божией, то и хорошо. Как скоро начнем присвоять себе хоть малую частичку праведности, это худо. Тут скорее надобно поднимать сварливую брань на себя.
Избави нас Господи от восторженных молитв. Восторги, сильные движения с волнениями суть просто кровяные душевные движения от распаленного воображения. Для них Игнатий Лойола много написал руководств. Доходят до сих восторгов и думают, что дошли до больших степеней, а между тем все это мыльные пузыри.…
Благовествование и проповедь не есть не только первый, но и хоть бы какой-нибудь долг всякого верующего. Первый долг верующего — очистить себя от страстей.