И

Икра чёрная, красная… Да! Заморская икра… [облизывается] баклажанная! (Феофан, писарь из посольского приказа)

Не вели казнить, великий государь-надёжа! Демоны тебя схватили, по всем палатам мы за ними гонялись. Хвать — ан демонов-то и нету! (Феофан, писарь из посольского приказа)

Поелику мы зело на самолёт опаздываем.

Паки, паки… иже херувимы! Ваше сиятельство, смилуйтесь. Между прочим, вы меня не так поняли… Языками не владею, ваше благородие.

Зинаида! Подскажи мне что-нибудь по-славянски!

Боже, какой типаж! Браво, браво! Прошу Вас, продолжайте. Замечательно. Поразительно. Гениально! Слушайте, я не узнаю́ вас в гриме! Кто Вы такой? Сергей Бондарчук? М-м… нет. Юрий… Никулин — оу… нет-нет-нет-нет, нет-нет-нет-нет. Боже мой!.. (стучит себя по лбу) Иннокентий Смоктуновский… (подходит к…

(Розыскной собаке) Всё, всё, шо нажил непосильным трудом, всё же погибло! Три магнитофона, три кинокамеры заграничных, три портсигара отечественных, куртка замшевая… Три. Куртки. И они ещё борются за почётное звание «дома высокой культуры быта», а?..

Алло, милиция? Милиция? Это говорит сегодняшний обокраденный Шпак… а я не по поводу кражи, — у нас здесь дело почище — инженер Тимофеев в свою квартиру живого царя вызвал!.. Я непьющий… С кинжалом! Холодное оружие!.. Даю честное благородное слово. Жду!

Позвольте, вы не хулиганьте!.. Что это ещё за пьяные выходки?! Я на вас жалобу подам… коллективную!

Я извиняюсь, но что это вы всё «холоп» да «холоп», что это за слово такое? (После ответа жены Тимофеева) Эта роль ругательная, и я прошу её ко мне не применять! Боже мой, ну и домик у нас! То обворовывают, то обзываются… а ещё боремся за почётное звание «дома высокой культуры быта», — это же кошмар,…