Проповеди

Проповедь 59. О Молитве Господней

I

II

III

IV

V

VI

VII

VIII

IX

Слово в день Господень

Проповедь гвельфербитонская 3. О страданиях Господа4

I

II

III

IV

Примечания

1

2

3

4

Введение

Содержание

От переводчика. Блаженный Августин (354-†430) – епископ Иппонский, учитель Церкви. Родился в Африке, в городе Тагасте. Образование получил в Карфагене. Пройдя сложный путь духовного становления – одно время примыкал к манихеям, позднее его мировоззрение определяла философия неоплатонизма, – в 386 г. Августин под влиянием святителя Амвросия Медиоланского обратился в христианство и принял Святое Крещение в Медиолане накануне Пасхи 387 г. Вскоре умерла его мать Моника. Скорбь сына трогательно изливается в знаменитой “Исповеди”. Раздав все, что осталось от матери, Августин по возвращении в Тагаст ведет жизнь аскета. В 391 г. он посвящен в сан пресвитера, в 395 г. стал епископом. Умер блаженный Августин во время осады Иппона вандалами.

Блаженного Августина высоко чтят все христианские исповедания. Им написано множество творений (по свидетельству его ученика Поссидия, около тысячи), из которых наиболее известны “О граде Божием”, “Исповедь”, “Христианская наука”. В то же время он был выдающимся проповедником. Если большинство его богословских трактатов было написаны по заранее определенному плану, то многие из проповедей явились результатом мгновенного вдохновения, духовного озарения, они – живое движение пастырского сердца. Блаженный Августин всегда стремился к тому, чтобы его проповеди были понятны и назидательны. Он говорил: “Пусть лучше меня порицают грамматики, чем не понимает народ”.

Гомилетическое наследие Блаженного Августина традиционно относится к лучшим образцам латинского патристического красноречия.

Проповеди

Проповедь 59. О Молитве Господней

От переводчика. 59-я проповедь Блаженного Августина посвящена Молитве Господней. Это катехизическое поучение произнесено накануне Пасхи и обращено к оглашенным, ожидающим принятия Святого Крещения в день Светлого Христова Воскресения.

I

Вы прочли наизусть, во что должны веровать, вы услышали, чего должны просить в молитве. Так как невозможно было призвать Того, в Кого не уверовали, по слову апостола, “как призывать Того, в Кого не уверовали” (Рим 10:14)¹, вы прежде выучили Символ, где содержится правило веры, одновременно краткое и великое: краткое по числу слов, драгоценное по весомости содержания. А молитва, которую вам сегодня было поручено запомнить и прочесть наизусть на восьмой день, как вы уже слышали при чтении Евангелия, Самим Господом была передана Его ученикам и от них дошла до нас, “ибо по всей земле проходит звук их” (Пс 18:5 ).

II

Итак, не привязывайтесь к земному, обретя Отца, сущего на Небесах. Ведь вы должны будете сказать: “Отче наш, Иже еси на Небесех”. Поистине, к великому роду вы вознамерились присоединиться. У этого Отца братьями являются богатый и бедный, у этого Отца братьями являются господин и раб, у этого Отца братьями являются полководец и простой воин. На земле все верующие христиане имеют различных отцов, одни знатных, другие нет, призывают же Единого Отца, Который на Небесах. Если на Небе наш Отец, то и наследство нам уготавливается на Небе. Ведь Отец наш таков, что дарует нам в совместное с Ним владение [то, что Сам имеет]. И действительно, Он дает нам наследство, но не так [как обычно бывает, когда человек] умирая, нам что-либо оставляет. Ибо Он не уходит, чтобы мы унаследовали, но пребывает, чтобы мы присоединились. Теперь, когда мы узнали, у Кого просим, следует узнать и чего просить, да не оскорбим Такого Отца дурным прошением.

III

Итак, чего Господь Иисус [Христос] научил нас испрашивать у Отца, сущего на Небесах? – “Да святится имя Твое”. Какое же благодеяние мы испрашиваем у Бога, говоря: “Да святится имя Твое”? Ведь не может случиться так, чтобы имя Его не было свято. Имя Божие всегда свято; стало быть, не потому ли мы просим: “Да святится”, как не для того, чтобы нам самим через Него освятиться? Мы молим, чтобы то, что всегда свято, святилось и в нас. Будет и в вас святиться имя Божие, когда примете Крещение, но и после Крещения будете молить об этом, дабы то, что приняли, в вас пребывало.

IV

Следует затем второе прошение: “Да приидет Царствие Твое”. Будем мы просить или не будем, Царствие Божие приидет; стало быть, не потому ли мы просим, как с той целью, чтобы и для нас пришло [Царство], которое приидет для всех святых, чтобы причислил и нас Бог к числу святых, для которых приидет Его Царство?

V

В третьем прошении мы говорим: “Да будет воля Твоя, яко на Небеси и на земли”. О чем тут речь? Подобно тому как Ангелы служат Тебе на Небе, так и мы да послужим Тебе на земле. Святые Ангелы, любя Бога, повинуются Ему, не прегрешают перед Ним, исполняют Его повеления. Следовательно, мы молимся о том, чтобы и мы смогли в любви исполнять заповеди Божии. Слова: “Да будет воля Твоя, яко на Небеси и на земли” – могут быть поняты и по-другому. Небо в нас – душа, земля в нас – тело. Как тогда [истолковать]: “Да будет воля Твоя, яко на Небеси и на земли”? Как мы вняли Твоим заповедям, так пусть будет нам послушна плоть наша, дабы из-за раздора между плотью и духом мы не оказались менее усердными в исполнении Божиих заповедей. Однако, дражайшие, когда плоть желает противного духу, как земля Небу, тогда пусть и дух возжелает противного плоти, дабы не возобладала земля над Небом. И если мы не можем упразднить этого несогласия, то откажем [плоти] в согласии.

Слова: “Да будет воля Твоя, яко на Небеси и на земли” понимаются еще и так: Небо – это верующие, которые облеклись в образ небесного человека, то есть Христа. Неверующие же, носящие образ земного человека, называются землей. Поэтому, говоря: “Да будет воля Твоя, яко на Небеси и на земли”, мы молим нашего Благого Отца: как уверовали в Тебя верующие, так и неверующие да уверуют. Тем самым мы учимся молиться за врагов наших.

VI

Ниже в молитве следует: “Хлеб наш насущный даждь нам днесь”. Просим ли мы у Отца потребное для тела пропитание, обозначая хлебом все необходимое, или понимаем под насущным хлебом тот, который вы примете из алтаря, правильным будет говорить: “Даждь нам днесь”, то есть в настоящее время.

Хлеб необходим в сем веке, когда нам свойственно алкать. Когда же наступит иная жизнь и умолкнет голод, будет ли у нас нужда просить хлеб? А если иметь в виду хлеб, который, как я сказал, мы принимаем из алтаря, то опять же хорошо молиться, чтобы Бог его нам дал. Ведь о чем нам молить, как не о том, чтобы не допускать в себе всего того зла, которое отделяет нас от сего [Святого] Хлеба?

Хлебом является и ежедневно возглашаемое слово Божие.

Ибо не являясь хлебом для желудка, не есть ли оно хлеб для души? Когда же прейдет эта жизнь, мы не будем искать хлеба, которого ищет голод; не будет нужды принимать Таинство алтаря, ибо станем едины со Христом, Чье Тело ныне принимаем; не потребуется, чтобы говорились слова, которые мы теперь говорим вам, и чтобы читался кодекс [Священного Писания], ибо мы увидим Того, Который является Словом Божиим, Которым “все начало быть” (Ин 1:3), Которым окормляются, просвещаются, умудряются Ангелы, не взыскующие слов уклончивой речи, но пьющие Единое Слово, от преизбытка восклицающие похвалы и не оскудевающие в славословиях. Блаженны живущие в доме Твоем, они непрестанно будут восхвалять Тебя (Пс 83:5), – говорит Псалмопевец.

VII

К настоящей жизни относится и следующее прошение: “Остави нам долги наша”. В Крещении все ваши долги, то есть прегрешения, вам отпускаются, совершенно все. Но так как никто не может прожить здесь без греха, – ведь никто не может прожить на этой земле, если не без большого греха, из-за которого отсекаемся от [Святого] Хлеба, то вообще без прегрешений, а Крещение мы можем принять единожды, – то нам и дана эта молитва как источник ежедневного очищения, так что нам ежедневно отпускаются грехи, но только если исполняем, что затем следует [в молитве]: “якоже и мы оставляем должником нашим”.

Итак, братья мои, предупреждаю вас: вы будете детьми Бога, а не какого-то великого человека. Разве начальник провинции соизволит усыновить кого-либо из вас? А Божия благодать всех делает Его детьми.

Вы будете произносить эту молитву ежедневно после Крещения, и даже главным образом после Крещения. Собственно молиться этой молитвой до Крещения вы и не будете: до восьмого дня это будет чтение наизусть, а не молитва; будете ею молиться после Крещения, ибо кто же может говорить “Отче наш”, не будучи рожден.

Итак, поскольку вы будете произносить эту молитву ежедневно, убеждаю вас, по Божией благодати сыновей моих, а по Отцу [Небесному] братьев моих: когда кто-либо оскорбит вас или прегрешит против вас, а [затем] придет, исповедует свой грех и испросит у вас прощения, тотчас от всего сердца отпустите ему, дабы не удалиться вам от нисходящей от Бога милости. Ведь если вы не отпускаете, то и Он не отпустит вам. Смотрите, что говорит вам Бог: “Справедливо [именно] у Меня вы просите прощения, ибо Я согрешать не могу. И вот когда во Мне нельзя найти никакого греха, Я прощаю, вы же простить не желаете. Хорошо, Я уступаю, не прощайте. Но тогда живите так, чтобы Я не обрел в вас ничего заслуживающего наказания”.

Бог разрешает тебе воздать человеку, который тебя оскорбляет, но просит милости. Тот был врагом, но, испрашивая прощения, разрушает вражду. “Нет, – говоришь ты, – желаю отомстить”. Остерегись, как бы в тебе самом не нашлось основания для мести; ты ли, человек, пребывающий во грехе, хочешь, чтобы был наказан грех? Смотри, как бы не наказал тебя Тот, в Ком нельзя найти греха.

Таким образом, это прощение относится к теперешней жизни, ибо грехи где совершаются, там и отпускаются; в иной жизни они за неимением отпускаться не будут.

VIII

После того мы молимся, говоря: “Не введи нас во искушение, но избави нас от лукавого”.

Тот впадает в искушение, кто сочувствует искусителю. И действительно, в теперешней жизни полезно быть искушаемым, но не полезно впадать во искушение. Когда тебя искушают, стремясь соблазнить деньгами на какой-либо дурной поступок, ты искушаем, но [именно как человек] честный. И если не дашь согласия, будешь найден невинным. Советую тебе: осуди [в душе] сребролюбие – и деньги не соблазнят тебя. Затвори дверь перед искушением и задвинь засов – любовь Божию. А сделать это возможно лишь с помощью Того, Кого призываем в молитве. Люди искушаются различными способами: одни искушаются посулами, другие – угрозами; чтобы тот, кого не удалось совратить посредством соблазна, был совращен посредством устрашения. Но человек, который укрепляется в Боге и на устах которого Бог слышит слова: “не введи нас во искушение”, побеждает дурные пристрастия, побеждает пустые страхи.

Опять же просить: “не введи нас во искушение” – необходимо в сей жизни, ибо здесь суть искушения; равно и: “избави нас от лукавого”, ибо здесь есть лукавый.

IX

Таким образом, всего прошений семь: три относятся к Жизни Вечной, четыре – к жизни нынешней.

“Да святится имя Твое” – всегда будет.

“Да приидет Царствие Твое” – вечным будет это Царство.

“Да будет воля Твоя, яко на Небеси и на земли” – всегда будет.

“Хлеб наш насущный даждь нам днесь” – не всегда будет.

“Остави нам долги наша” – не всегда будет.

“Не введи нас во искушение, но избави нас от лукавого” – не всегда будет; но где есть искушение и где есть лукавый, там необходимо это прошение.

Молитва Господня побуждает вас к тому, чтобы вы не только учились просить желаемого у Бога Отца, сущего на Небесах, но и учились желать должного. Аминь.

Слово в день Господень

От переводчика. Проповедь, перевод которой предлагается ниже (Проповедь 258, произнесенная в Большой базилике в день Господень), произнесена блаженным Августином около 410–412 гг., в первое воскресенье по Пасхе (латинское название dies octavus означает «восьмой день»). В восьмой день новокрещеные снимали свои белые одежды, покидали отведенное для них в храме место и присоединялись ко всему верующему народу. Это был праздник духовного взросления, вхождения в общину. Называвшиеся до этого infantes «младенцы», они получали теперь имя fideles «верные, верующие». После чтения Евангелия епископ обращался ко всему народу, в том числе и к новокрещеным, с кратким словом, в котором обычно разбирал текст 117-го псалма. Этот псалом звучал в храме, начиная с пасхальной утрени. Блаженный Августин использует в настоящей проповеди стихи из этого псалма, а также тексты Священного Писания: о краеугольном камне (Иер 51:25; Ис 28:16) приведено у апостола Павла (1Кор 3:11; Еф 2:14,20,21), о камне, отвергнутом строителями (Пс 117:22), приведено у евангелиста Матфея (Мф 21:42; а также Деян 4:11; 1Пет 2:6), о камне преткновения (Ис 8:14) приведено в 1Пет 2:7, которые весьма часто становились в святоотеческой литературе предметом экзегетического комментария. Так, святитель Киприан Карфагенский объединяет эти тексты вместе ввиду их мессианского характера в книге второй “Свидетельств против иудеев” (Testimoniorum contra Judaeos, cap. 16), наряду со многими другими местами Священного Писания, где содержится упоминание о камне. Блаженный Августин сосредотачивается на образе Христа как краеугольного камня, в котором сходятся две стены: одна стена – символ Церкви, первоначально состоявшей из иудеев, другая – олицетворяет Церковь, в которую вошли бывшие язычники. Являясь символом единства Церкви, этот образ служит блаженному Августину важным аргументом в полемике с донатистами². В настоящей проповеди образ Христа как краеугольного камня сочетается еще с образом Христа как Света, разгоняющего тьму греховную.

Воспев Богу: “Сей день, который сотворил Господь” (Пс 117:24)³, скажем, что даст нам Господь [сказать на эту тему].

Этими пророческими словами Священное Писание стремится возвысить наш ум до понимания истинного смысла этого события. День Господень – это не тот обыкновенный день, зримый только очами плоти, не тот, который начинается с восходом и кончается с заходом, но который увидел восход, захода же не имеет!

В псалме сказано: “Камень, который отвергли строители, тот самый соделался главою угла; от Господа соделался и дивен в очах наших” (Пс 117:22–23). И затем следует продолжение: “Сей день, который сотворил Господь” (Пс 117:24). Почему? Начало этого дня возьмем от краеугольного камня. Кто является краеугольным камнем, который отвергли строители? Сам Господь Иисус Христос, ибо сведущие в Законе иудейские книжники отвергли Его, говоря: “Не от Бога Сей, Который нарушил субботу” (Ин 9:16). Вот сказали вы, книжники иудейские: Не от Бога Сей, Который нарушил субботу, и отвергли Того, Кто соделался во главу угла.

Каким же образом Христос стал во главу угла? Почему Он назван краеугольным камнем? Потому что всякий угол соединяет две различные стены. Пришли апостолы из рода иудейского, пришли через обрезание. Пришли вместе с ними и те толпы, которые сопровождали Господа, шествующего на осленке, восклицая словами нашего сегодняшнего псалма: “Благословен грядущий во имя Господне!” (Пс 117:26). Пришли оттуда и многие Церкви, о которых говорит апостол Павел: “Церквам Христовым в Иудее лично я не был известен, а только слышали они, что гнавший их некогда ныне благовествует веру <…> и прославляли за меня Бога” (Гал 1:22–24). Все они были иудеями, но последовали за Христом подобно апостолам, пришли, поверили Христу – и образовали одну стену.

Оставалась другая стена. Ее составила Церковь язычников. И они, эти две Церкви, обрели друг друга, обрели, соединились во Христе, краеугольном камне, ибо Он есть мир наш, “соделавший из обоих одно и разрушивший стоящую посреди преграду” (Еф 2:14). Поэтому в псалме дальше следуют слова:

“Сей есть день, который сотворил Господь” (Пс 117:24). Под этим днем в целом духовно понимай единство Главы и Тела; “Глава Церкви – Христос, Тело Христово – Церковь” (Еф 1:22–23).

“Сей день, который сотворил Господь” (Пс 117:24).

Вспомните изначальное состояние мира: “тьма была над бездною, и Дух Божий носился над водою. И сказал Бог: да будет свет. И стал свет <…> И отделил Бог свет от тьмы, и назвал Бог свет днем, а тьму ночью” (Быт 2:2–5). Подумайте о тьме, в которой находились новокрещенные до того, как пришли к отпущению грехов. Они были – тьма над бездною до того, как прощены были грехи их, но Дух Божий носился над водою. Они погрузились в воды [Крещения], над водами носился Дух Божий, разогнана была тьма греховная. И вот теперь они – тот день, который сотворил Господь. К ним, новокрещенным, как к новосозданному дню, обращается апостол: “Вы были некогда тьма, а теперь – свет в Господе” (Еф 5:8). Разве сказал он: Вы были тьма в Господе? Нет. Тьма – в вас, свет – в Господе. Но Бог назвал свет днем, и вот благодатью Божией день есть то, что есть. Сами по себе они могли лишь оставаться тьмой, стать же светом не могли, если бы не сотворил того Господь. И вот они день, который сотворил Господь: не сам день соделался, но Господь его сотворил.

Разве не обычным человеком был Фома, один из учеников, почти человек из толпы? Говорили ему соученики: Мы видели Господа. Но он сказал: “Если не коснусь, если не вложу перста моего в ребра его, не поверю” (Ин 20:25). Евангелисты тебе возвещают, Фома, им ли ты не веришь? Мир поверил, ученик ли не верит? Ведь сказано пророчески о евангелистах: “По всей земле проходит звук их и до пределов вселенной слова их” (Пс 18:5). Благовестие их достигает даже пределов земли, верит весь мир, все ученики возвещают одному – а он не верит. Почему? Ибо не был он еще тем днем, который сотворил Господь. Все еще тьма была над бездною – во глубине сердца человеческого, там была тьма. Поэтому да придет Господь, да придет Глава сего дня и скажет терпеливый, снисходительный, не имеющий гнева Целитель: “Приди, приди, коснись и веруй. Ты, Фома, сказал: «Если не коснусь, если не вложу перста, не уверую». – Приди, коснись, вложи перст и не будь неверующим, но верующим (Ин 20:27). Приди, вложи перст. Зная раны твоей души, Я сохранил для тебя Свои раны”. И вот, явно вложив руку [в язвы Господни], Фома обрел полноту веры. В чем же она заключается? В том, чтобы веровать, что Христос есть не только человек или только Бог, но человек и Бог вместе. Такова полнота веры, ибо “Слово стало плотью и обитало с нами” (Ин 1:14). И вот этот ученик, которому Спаситель дозволил коснуться ран Своего Тела, когда коснулся, воскликнул: “Господь мой и Бог мой!” (Ин 20:28). Он коснулся человека, но познал Бога. Он коснулся плоти, но узрел Слово, ибо “Слово стало плотью и обитало с нами” (Ин 1:14).

Это Слово претерпело, чтобы плоть Его на древе была повешена.

Это Слово претерпело, чтобы в плоть Его гвозди вбивались.

Это Слово претерпело, чтобы плоть Его копьем была пронзена.

Это Слово претерпело, чтобы плоть Его во гробе была положена.

Это Слово воскресило плоть Свою, сохранило ее неврежденной для взоров учеников, позволило дотронуться до нее руками.

Они касаются, они восклицают: Господь мой и Бог мой!

Сей день, который сотворил Господь!

Проповедь гвельфербитонская 3. О страданиях Господа⁴

От переводчика. Мы предлагаем благочестивому вниманию читателей проповедь “О страданиях Господа”. По точности аргументации, искренности чувства и богословской основательности это поучение относится к числу лучших из примерно 300 проповедей блаженного Августина. Содержание проповеди в основном догматико-катехизическое: в связи с воспоминанием Крестных страданий Спасителя Августин предлагает некоторые основные положения православной христологии, подкрепляя их (в полемике с еретиками и язычниками) доводами от Св. Писания и от разума. Кроме того, определив в начале проповеди, что “страдания Спасителя… суть [для нас] учение терпения (doctrina patientiae)”, бл. Августин повторяет в гл. IV эту формулировку еще раз и затем развивает ее в понятное и назидательное нравственное приложение.

I

Страдания Господа и Спасителя нашего Иисуса Христа суть залог славы и учение терпения. И действительно, почему не могут надеяться на благодать Божию сердца верных, ради которых Единственный Сын Божий, совечный Отцу, счел малым только родиться Человеком от человека, но и умер от рук людей, которых Сам создал? Велико то, что по обетованию Господа должно совершиться с нами, но значительно более велико то, что – вспоминаем мы вновь и вновь – уже ради нас было совершено. Когда Христос умер за нечестивых (см. Рим 5:6), где они были и кем они были? Кто усомнится, что дарует Свою жизнь святым Тот, Кто уже даровал им Свою смерть? Почему человеческая тленность медлит уверовать, что люди некогда будут жить с Богом? Куда более неимоверное уже совершилось: Бог умер за людей. Ведь Христос и есть Слово, [о Котором сказано]: “В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог” (Ин 1:1). Это Слово Божие “стало плотию, и обитало с нами” (Ин 1:14). Ибо Оно не могло умереть за нас, не восприняв от нас смертную плоть.

Так Бессмертный смог умереть, так Он жизнь пожелал даровать смертным, намереваясь сделать причастниками Себе тех, кому Сам прежде сделался причастным.

Мы не имели в себе, чем жить, Он не имел в Себе, чем умереть; поэтому [Спаситель] совершил с нами – взаимообразным способом – удивительный обмен: мы дали то, чем Он умер, Он даст то, чем мы будем жить.

Однако плоть, которую Он принял от нас, дабы умереть, Он и даровал нам, как Творец; жизни же, имея которую, мы будем жить с Ним и в Нем, Он от нас не принимал. Поэтому со стороны нашей природы, по которой мы люди, Он умер не в Своем, но в нашем [естестве], так как Его природа, по Которой Он Бог, смерти совершенно не подвержена, но со стороны творения, которое он создал как Бог, Он умер еще и в Своем, ибо и плоть, в которой умер, создал Он Сам.

II

Стало быть, нам не только не следует стыдиться смерти Господа Бога нашего, но, напротив, и верить в нее всецело и хвалиться ею. Ибо [Христос], восприняв смерть, которую нашел в нас, непреложно обещал даровать жизнь в Себе, которую мы сами иметь не можем. Тот, Кто возлюбил нас так, что, не имея греха, претерпел за грешников заслуженное нами по грехам, как не даст нам того же, что и праведникам, – Он, Который оправдывает? Тот, Чье обещание истинно, как не дарует нам награду святых, – Он, Который безропотно перенес казнь от ропотников? Поэтому, братья, будем бесстрашно исповедовать и проповедовать, что Христос за нас был распят. Будем возвещать Христа распятого не робея, но радуясь, не стыдясь, но похваляясь. Апостол Павел знал и передал нам источник для хвалы. Хотя Павел многое мог поведать о величии и божественности Христа, он не сказал, что будет хвалиться чудесами Христа, Который будучи Богом Словом у Отца, сотворил мир и, даже став человеком, подобным нам, правил миром, но сказал: “Я не желаю хвалиться, разве только крестом Господа нашего Иисуса Христа” (Гал 6:14). Апостол видел, Кто, ради кого и где висел, и в таковом уничижении Бога предвосхищал наше божественное возвышение.

III

А люди, которые глумятся над нами за то, что мы чтим Господа распятого, хотя кажутся себе разумными, на самом деле безумствуют – неисцелимо и безнадежно, – не будучи способными понять ни нашей веры, ни нашей проповеди. Ведь мы и не утверждаем, что Христос умер по Божеству, – но по человечеству.

Когда умирает какой-либо человек, тогда та часть его, которая по существу делает его человеком, – та, которой он отличается от [бессловесного] скота, которая имеет разум, которая различает человеческое и божественное, временное и вечное, ложное и истинное, то есть его разумная душа, не претерпевает смерти вместе со своим телом, но отходит живой; и однако говорится: человек умер. Почему же тогда нельзя сказать: умер Бог, – не подразумевая, конечно, что в Боге могло умереть Его Божество, но что умерло Его смертное [человечество] которое Он воспринял ради смертных. Ибо, как со смертью человека душа его не умирает во плоти, так и при смерти Христа Его Божество не умерло в человеке. Но Бог, говорят они, не мог соединиться с человеком и во Христе стать с ним одним. Если придерживаться этого плотского и пустого воззрения и человеческих мнений, значительно труднее было бы поверить в то, что дух мог соединиться с плотью, чем в то, что Бог – с человеком, и все же ни один человек не был бы человеком, если бы дух человеческий не соединился с человеческим телом. Итак, если дух и тело являются более сложным и удивительным сочетанием, чем дух и дух, и если дух человека, раз он не тело, и тело человека, раз оно не дух, все же соединены воедино, дабы образовался человек, то куда скорее мог Бог, “Который есть дух” (Ин 4:24), не с телом, не имеющим духа, но с человеком, его имеющим, соединиться духовным сочетанием, дабы из двух стал единый Христос.

IV

Стало быть, и мы будем хвалиться крестом Господа нашего Иисуса Христа, которым для нас мир и мы для мира распинаемся; не стыдясь, будем полагать его на челе, этом средоточии стыда. Но если попытаться развернуто изложить, какое и сколь спасительное учение терпения проповедуется этим крестом, хватит ли нам слов для предмета, хватит ли времени для слов? [Скажем лишь]: какой человек, если он искренне и горячо верует во Христа, дерзнет превозноситься, когда Господь учит смирению не только словом, но и Своим примером? А о том, сколь полезно для нас это учение, кратко напоминает следующее изречение Св. Писания: “Пред падением возносится сердце и перед славой пребывает в смирении” (Притч 18:13); с ним созвучно другое: “Бог гордым противится, а смиренным дает благодать” (Иак 4:6); и еще одно: “Возвышающий сам себя унижен будет, а унижающий себя возвысится” (Лк 4:2). Равным образом, когда апостол призывает нас не высокомудрствовать, но стать единомысленными со смиренными, следует задуматься, в какую бездну гордости впадает человек, противящийся смиренному Богу, и сколь губительным для человека является нетерпеливо переносить то, что пожелал ему [ниспослать] Праведный Господь, если Бог терпеливо перенес то, что пожелал ему [назначить] неправедный враг. Аминь.

/ Альманах «Альфа и Омега». Перевод с латыни свящ. Максима Козлова

Примечания

1

Здесь и далее в номере ссылки на Писание, отсутствующие у автора, приводятся курсивом. – Ред.

2

Сторонники религиозного движения IV-V вв. в Северной Африке, получившего название по имени их руководителя епископа Доната, который проповедовал непримиримость к христианам, отступившим от своей веры в период гонений на них со стороны римских императоров. Официально донатизм был запрещен на Карфагенском соборе 411 г. – Ред.

3

Цитаты даны по латинскому переводу Библии. – Пер.

4

Гвельфербитонские проповеди бл. Августина названы по латинизированной форме немецкого топонима Вёльфенбюттель, – города, где хранится множество ценных документов раннего христианства. – Ред.